Глава 7. Змея и меч

Максим сидел за своим столом, пил водку и листал дела бывших работников НКВД, которые теперь оказались врагами народа. Около полуночи он вдруг сказал:

– Бобка, у меня что-то в глазах рябит… Сколько там время?

– Уже двенадцать.

– Ну, так я и знал… В бюро как полночь, так они и появляются… Теперь я работу на дом беру – а они уже и здесь завелись…

– Кто? – спросил Борис.

Комиссар госбезопасности кивнул на край своего стола:

– А вон, посмотри на этого стервеца… Сидит, хвостом крутит и язык показывает… Это он нарочно – работать мешает…

Борис разогнулся от своего учебника по термодинамике и поглядел на пустое место:

– Хм, действительно! С рожками, и глаза зеленые. И шерстка, как у кота. А мордочка у него даже симпатичная.

– Ну вот, теперь сам видишь, – с облегчением вздохнул Максим. – А ты еще не верил…

– А бородка у него точно как у Троцкого, – сказал Борис. – Сразу видно, что троцкист.

Советник Сталина по делам нечистой силы сидел в распущенной гимнастерке без пояса, со змеей и мечом на рукаве, с генеральскими звездами и остекленевшими глазами и беседовал с чертом:

– Ну что, подслушиваешь, подглядываешь? – Он погрозил черту пальцем. – Погоди, я еще и до тебя доберусь…

Затем красный кардинал поставил черта в известность, что недавно Сталин утвердил новый проект своего тайного советника: в дополнение к чистке взять на спецучет всю нечисть, какая еще запряталась в Советском Союзе. В порядке дальнейшего развития классовой борьбы теперь будут регистрировать как классово чуждый элемент всех оборотней и леших, всех ведьм и колдунов, всех чертей и чертовок, всех кандидатов и даже сочувствующих!

Максим протянул руку, пытаясь поймать черта за хвост.

– Ага-а, боишься…

И генерал-инквизитор опять начал ругаться непечатными словами. Глазами безумца он смотрел в пустое окно и перебирал все самые затейливейшие и отвратительнейшие ругательства с таким искренним чувством, с таким выражением в голосе, словно это не бессмысленные ругательства, а таинственные заклинания. И все это по адресу тех злосчастных ведьм и колдунов, с которыми он сводит какие-то личные счеты.

По окончании третьего года чистки комиссар госбезопасности Максим Руднев получил третью генеральскую звезду. А в газетах появился указ о награждении Героя Социалистического Труда Руднева Золотой Звездой Героя Советского Союза за блестящее выполнение специальных заданий партии и правительства.

За это время из компартии вычистили, расстреляли или сослали в Сибирь около половины состава. Из руководящих органов партии и правительства было ликвидировано больше трех четвертей. Говорили, что общее число жертв чистки составляет от 7 до 9 миллионов человек.

Как только закончилась Великая Чистка, с рукавов работников НКВД тихо исчезла таинственная эмблема чистки – змея и меч. Мало кто знал, что означала эта загадочная эмблема. А те, кто знает, те будут молчать.

Шли годы. Над Москвой, как облака в небе, проходили большие и малые события. А доктор социальных наук, мракобес и обскурант Максим Руднев все воевал со своей нечистой силой. Его засекреченный 13-й отдел НКВД и столь же засекреченный Научно-исследовательский институт НКВД разрастались все больше и больше. Там решались специальные проблемы добра и зла, ума и безумия, жизни и смерти. Те проблемы, которые когда-то называли Богом и дьяволом.

Одного только не хватало Максиму – простой человеческой радости. Его мрачное занятие наложило на него свой отпечаток. Он как-то высох, вытянулся, держался подчеркнуто прямо, между бровей залегла суровая складка, на висках рано появилась первая седина. Это был уже не прежний левша Максим, любивший беззаботно шевелить ушами, а беспощадный фанатик-инквизитор, одержимый своей навязчивой идеей ликвидировать дьявола как классового врага.

Pages: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10