Глава 11. КОРОЛЬ АТОМ

- "Ох, спать", - морщится инженер-полковник. - "Надо будет посмотреть, куда окна выходят".

Когда мы поднимаемся на верхний этаж в отведенные нам комнаты, инженер-полковник и капитан II начинают рекогносцировку. Они открывают и закрывают окна, потом проверяют прочность задвижек. "Нам говорили, что здесь ручные гранаты в окна бросают", - поясняет капитан II. Затем он выходит в коридор и пытается проверить не заняты ли соседние комнаты вервольфами. В заключение он пробует прочность запоров на дверях.

"Ей Богу, Виктор Степанович, глядя на Вас, мне тоже страшно становится", - говорю я. - "Может быть у Вас особое чутье на всякие приключения".

Мои спутники занимают одну комнату. Мне приходится устраиваться в комнате рядом. В первый раз за время моего пребывания в Германии я чувствую некоторую неуверенность. Закрыв дверь на задвижку и поразмышляв минуту, я вынимаю пистолет из портфеля и кладу его под подушку. Затем я тушу свет и ныряю под пуховики.

На следующее утро я стучу в дверь моих соседей. Из-за двери раздаются сонные голоса, затем громыхают запоры. Мои спутники с трудом вылазят из постелей. Оказывается они еще долго после полуночи сидели, совещаясь, спать ли им раздевшись или одевшись. Теперь-же, при свете солнца, все их страхи и опасения рассеялись и они даже подшучивают друг над другом.

"Виктор Степанович, расскажи как ты ночью в уборную с пистолетом ходил?" - лукаво подмигивает инженер-полковник.

"Знаете что это вчера была за шикарная пара?" - говорю я. - "Местный сапожник с женой. К тому-же старый коммунист. Я уже у хозяина справки навел. А Вы их за крупных наци приняли".

Еще вечером мы попросили хозяина гостиницы послать рано утром авто-электрика на помощь нашему шоферу. Когда мы подходим к месту стоянки нашей автомашины, оба усердно заняты ремонтом. Чтобы убить время, мы решаем пойти и осмотреть замки Г╓те, которые должны быть где-то наверху над нашими головами. По крутой тропинке между кустов мы карабкаемся вверх.

После непродолжительного пути мы взбираемся на вершину. На самом краю крутого обрыва стоят два дома, окруженных зарослями кустов и деревьев. Далеко внизу у наших ног вьется лента дороги, на которой черным пятном виднеется наш автомобиль и копошащиеся около него люди. Далеко-далеко во все стороны открывается чудесная панорама.

Мы подходим ближе к довольно неказистым домам, носящим гордое обозначение замков. У бокового входа развешены для просушки заячьи шкурки. Здесь живет сторож, хранитель и одновременно проводник по замкам, являющимся сегодня музеями. Посетителей, по-видимому, немного и сторожу приходиться попутно зарабатывать себе на жизнь браконьерством. С его помощью мы осматриваем исторические достопримечательности и даже собственноручную надпись Г╓те карандашом на подоконнике. Надпись аккуратно обрамлена специальной рамкой из стекла.

Этот дом когда-то служил летней резиденцией тюрингского курфюрста. Затем некоторое время он принадлежал Г╓те. Обстановка бедна и ничем не напоминает королевское или княжеское жилище.

Когда мы, осмотрев замки, выходим снова в парк, инженер-полковник говорит: "Все-таки интересно посмотреть дом, где ступала нога Г╓те. Ощущаешь какой-то внутренний трепет. Но внешне все это нельзя сравнить с нашим Петергофом или Царским Селом. Бедно жили ихние курфюрсты".

"Приятно когда видишь здесь порядок и уважение к культурному наследию Г╓те", - размышляет капитан II. - "А что они сделали с нашими дворцами в Петергофе? Ведь все дворцы кругом Ленинграда разграбили и еще хуже - загадили. Я это все своими глазами видел".

"Это характерно для немцев", - делает вывод инженер-полковник. - "Они слишком самовлюбленны. Вот этот дом - для них святилище. Такое-же святилище он и для нас. А почему-же, спрашивается, они во дворцах Екатерины конюшни устраивали?!"

Мы идем по парку. По деревьям шмыгают белки, не обращая на нас ни малейшего внимания. Одна из них спокойно сидит на ветке как-раз над нашей головой. Слова моих спутников наводят меня на неожиданную мысль. Я вытаскиваю из кобуры пистолет и неторопливо целюсь в белку.

"Что Вы, Григорий Петрович?!" - хватает меня за руку капитан II. - "Я думал, что Вы взрослый человек?!"

"А, что-же тут такого?" - упорствую я и снова целюсь в белку.

"Оставьте!" - протестует инженер-полковник, присоединяясь к капитану II. - "Разве можно здесь стрельбу поднимать!"

"Не беспокойтесь", - смеюсь я, пряча пистолет. - "Это я просто хотел посмотреть как вы будете реагировать на варварство…"

В это время со стороны дороги, где стоит наш автомобиль, раздаются два выстрела. Это шофер дает нам условный сигнал, что машина в порядке. Через полчаса замки Г╓те остаются далеко за нашей спиной.

Еще в течение нескольких дней мы носимся по Тюрингии и Саксонии. Мы контролируем заводы, накладываем секвестр, реквизируем текущую продукцию, подготовляем проекты наряд-заказов для Управления Репараций.

В этой поездке мне впервые приходится ощущать довольно странную вещь. Я убеждаюсь, что год пребывания за пределами Советского Союза не прошел для меня бесследно. Каким-то образом я изменился внутренне. Я это ясно вижу при контакте с моими спутниками-моряками. Они только вчера прибыли из Москвы и завтра они снова вернутся туда. Для меня они являются своего рода реагентом, на котором я имею возможность проверить происходящий во мне процесс.

Из контакта с ними я с внутренним содроганием почувствовал, что мыслями и мироощущением я удалился от той орбиты, в которой вращается советский человек. Это не было отказом от того, что я имел, в пользу чего-то другого. Это было расширение кругозора.

Pages: 1 2 3 4 5 6 7 8 9