Глава 13. МЕЖДУ ДВУХ МИРОВ

Советскому же человеку при этом хочется спросить: “А как же с теми советскими рабочими, которые работая до седьмого пота и получая жалованье, а не пособие по безработице, очень-очень редко могут позволить себе такое лакомство, как свинина, соленая или только просоленная? Как же с детьми этих советских рабочих, которые, даже в лучшие годы советской власти, видят меньше молока, чем дети американских безработных? Что же тогда можно сказать об этих детях - стоило ли им рождаться!? Какому эксперименту радуется тогда мистер Поль и кому он приветственно поднимает свой правый кулак с кличем - “Рот фронт!”?

Теперь мне снова приходит в голову эта книга, в особенности дети на ее обложке и вопрос автора “Стоит ли им жить?” Ведь теперь мы имеем возможность своими глазами видеть детей демократического мира, причем в обстановке побежденной Германии, обстановке более тяжелой, чем в большинстве других демократических стран. Теперь мы имеем возможность сравнения.

Однажды майор Дубов и я сидим у подъезда дома. У забора, в нескольких шагах от нас, копошится соседский мальчик Коля. На нем, несмотря на теплую погоду, толстое ватное пальто. На голове у мальчугана взаправская офицерская фуражка с красной эмалевой звездой, переделка из отцовской.

Коля сосредоточенно ковыряет прутом грязь на земле. Ему и не скучно, и не весело - просто безразлично. Мать послала его на улицу поиграть, ну вот он и играет. Комки земли летят от Колиного прутика во все стороны и падают у наших ног.

“Эй, клоп!” - говорит майор Дубов. - “Как тебя зовут?”

Коля не смотрит на нас и делает вид, что не слышит вопроса. Он продолжает свое занятие и еще усерднее ковыряет землю.

“Иди-ка сюда”, - продолжает Дубов. - “Ты что - глухой?!

“М-м-м…” мычит в ответ Коля и недружелюбно косится на нас.

“Ты что - немой?” - настаивает майор.

“М-м-м…” - следует тот-же неопределенный звук. Коля, как пугливый зверек, отворачивается в сторону и опускает глаза вниз.

“А что ты такой грязный?” - не унимается майор. - “Поди скажи матери, чтобы она тебя умыла”.

“М-м-м-…” - реагирует Коля, на этот раз уже с некоторой враждебностью и хлещет прутиком по забору.

“Ну, если ты и глухой и немой и грязный - тогда убирайся подальше, не бросай в нас грязью”, - заканчивает майор, исчерпав все попытки вступить в дружеские отношения с Колей.

Тут, до сей поры безмолвный, Коля разражается диким ревом и стремглав бежит жаловаться матери, что мы его обидели. Лакмусовая бумажка советского воспитания. Коля не реагировал на дружелюбность, но подсознательно уловил даже невысказанную угрозу в словах майора, преломил ее в чувство страха и это на него подействовало. Обратная реакция - жаловаться. Сегодня он жалуется матери, когда вырастет - будет хорошим информатором НКВД.

“Посмотришь вот на такое создание - и жалко становится и досадно”, - смущенный такой развязкой, бормочет вполголоса майор, смотря вслед Коле.

Pages: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16