Глава 17. ДУША ВОСТОКА

Я растерянно смотрю на него и не знаю как понять это. У тридцатилетних мужчин какая-то особая манера говорить о любви, - они понимают ее и анализируют.

Он весело улыбается, берет мою руку и кладет ее себе на лицо, как будто ласкаясь.

“Это только пример”, - говорит он.-”Но даже если бы я любил тебя, то я предпочитаю постоянно любоваться тобой издалека, чем один раз вблизи. Ведь потом пришлось бы расстаться! Любовь - это нежный цветок и с ним нужно уметь обращаться. Понимаешь?”

Раздался звонок в дверь. Так громко и по-хозяйски звонит только фрейлейн Валя. Она вихрем влетела в комнату и с разлета крепко поцеловала капитана, откинулась назад и шаловливо смотрит какое это произвело на него впечатление. На эти поцелуи приказ маршала Соколовского не распространяется…

Капитан вместе с фрейлейн Валей уехали на работу, а я с досады села писать тебе начатое раньше письмо. Нарочно нарушила приказ капитана и осталась в квартире после пяти часов. Теперь я понимаю, почему он запретил мне это. Пусть же соседи подумают теперь что-нибудь хотя этого и нет.

Привет тебе и твоему маленькому Петеру -

твоя Марго.

Waldheim-Sachsen

Дорогая Марго!

Видно Провиденье уравновешивает чаши нашего горя и радости. Теперь я живу почти счастливой жизнью. Мой маленький Петер растет и доставляет мне вcе больше и больше хлопот и радости. Даже соседи теперь заходят к нам и ничего не говорят плохого. Ведь теперь у ребенка есть отец.

Маленький Петер теперь не незаконный ребенок. Зато большой Петер - незаконный отец. Он страшно боится, чтобы его начальство не узнало, что у него ребенок и что он бывает здесь. Он говорит, что тогда его немедленно отошлют назад в Россию. Разве это преступление?

Я думала, что наши расовые законы были несправедливы, но что же за законы в этой стране, где так много кричат о равенстве и братстве. Большой Петер теперь буквально несчастный. Чем больше он привыкает к ребенку, тем больше он боится видеть, чтобы об этом не узнали.

У Петера была в России жена и ребенок. Оба погибли во время оккупации на Украине. Когда он мне говорил об этом, то смотрел в пол. Может быть он думает, что я, как немка, тоже косвенно виновата в этом. Как-то мама спросила его, почему так советские солдаты вели себя во время наступления по Германии. Петер нехотя ответил: “Нам все время говорили, что немцы то же делали в России”. Потом подумал немного и добавляет: “Жизнь плохая. А немцы еще хуже сделали. На свою жизнь мы злые”.

Большой Петер сидит на табурете, держит в руках маленького и говорит: “Потом новый приказ пришел. Запретили. В один день многих солдат постреляли за это. Иван всегда виноват”.

Теперь Петер почти каждый вечер приходит к нам. Всегда приносит что-нибудь: то колбасу, то масло. Продает свои сигареты и хлеб - приносит деньги. Раз я спросила его - разве ему не платят жалования. Он отвечает: “Ивану платят восемь рублей в месяц. На это пачки папирос не купишь”.

Pages: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19