Глава 2. СОЛДАТ И ГРАЖДАНИН

технология печати на шарах оформление зала на свадьбу шарами

“Может тебе курить нечего - так я пошлю кого-нибудь на рынок за махоркой?” - участливо предложил я. Хотя курить арестованным запрещается, но… свои люди. Конвойные частенько бегали на рынок за куревом для заключенных. Может завтра с самим такой грех приключится.

“Нет, спасибо”, - ответил мой арестант. - “Я махорки не курю. Хочешь - закури?!”

Он протянул мне раскрытую пачку “Казбека”. Большинство из нас курило махорку, в изобилии продаваемую инвалидами на каждом углу. Табачное довольствие в тыловых армейских частях, даже в Академиях, не положено, а покупать папиросы в “Люксе” не по карману офицерам даже при наличии лимитной книжки и скидки на 15 %. Лимитные книжки мы обычно продавали деревенским бабам, охочим до ситца. Жалование у большинства из нас 600-800 рублей, на руки приходится половина. Тут не раскуришься “Казбеком” по 80 рублей пачка.

Позже от арестантов, коловших дрова на кухне, я узнал, что забастовщик уже второй день ничего не ест, и что он ожидает “папы”, как иронически заявили дровоколы. Когда после обеда все арестанты были водворены в свою квартиру под замком, я ближе присмотрелся к арестанту, ожидавшему “папы”.

Ему было лет двадцать, но на его лице, изможденном и овеянном пренебрежительной усмешкой ко всему окружающему, были ясно написаны все следы ночной жизни столичного города. Такие лица часто встречаются в среде, где люди хотят слишком многого от жизни. Бледная желтоватая кожа, мешки с синими кругами под глазами, отвисшие углы рта, густо намазанные бриллиантином черные волосы, узкие выбритые усики над верхней губой - последняя новинка американских кинобоевиков.

Стараясь возместить свое одиночество в первой половине дня, черноусый завязал оживленную беседу с вернувшимися после работы арестантами. Надо отдать долг - беседа была интересной. Он был исключительно в курсе дел всего закулисного московского мира. О политике он говорил так, как-будто каждый день запросто бывал в Кремле.

Заинтересовавшись разговором, я приказал часовому открыть дверь в камеру и замкнуть наружный вход. Делалось это просто - часовой плотно засовывал свою винтовку в ручку поперек входной двери. После этого мы вместе с арестантами уютно расположились в коридоре, покуривая и болтая. Кто на скамейке, а кто просто, поджав ноги, на корточках под стенкой.

Когда я еще раз поинтересовался почему он не кушает, черноусый с таким видом, как будто этот предмет не заслуживает внимания, махнул рукой: “От такой пищи я только заболею. Я подожду! Что вы думаете - я от звонка до звонка сидеть буду?! Папа обещал зайти завтра к генералу”.

Pages: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28