Глава 8. ПЛОДЫ ПОБЕДЫ

Разные проблемы кожи лечение бородавок средствами исправят у нас

Капитан смотрит на часы, потом на окна Штаба: “Ну, Уткина нам видно не дождаться. Пошли обедать!”

Капитан сплевывает в песок. Лейтенант каблуком сапога зарывает очередную “Mischung-6″ и поднимается на ноги, потягиваясь после долгого сидения и поправляя ремень портупеи. Офицеры стараются аккуратно бросать окурки и все, что принадлежит в плевательницу, не на зеленый газон, а внутрь песчаной звезды.

Офицеры были бы немало испуганы, когда перед ихними очами разверзлась бы земля и из-под заплеванного песка и облупленной красной фанеры встала из гроба гневная тень ихнего недавнего военачальника, героя штурма Берлина и его первого коменданта, гвардии генерал-полковника Берзарина. Ни советским офицерам, ни немецким рабочим, уныло бродившим по территории Штаба, конечно, не могло придти в голову, что красное безымянное сооружение, уродовавшее весь комплекс двора Штаба и резавшее глаза своей кустарной безвкусицей, служило надгробным памятником и должно было олицетворять память советского героя, сыгравшего в битве за Берлин вторую роль после маршала Жукова.

Нелепая игра случая. Пройти целым и невредимым всю войну на самых опасных участках фронта во главе армии прорыва, дождаться победного конца и почетной должности триумфатора в побежденной вражеской столице - и буквально на другой день пасть жертвой глупой автокатастрофы.

Генерал имел привычку совершать по утрам прогулку на мотоцикле. В спортивной рубашке с короткими рукавами, без кителя и без фуражки, он выезжал на мощном трофейном BMV из боковой улички на главную автомагистраль Трептов-аллее, ведущую к Карлсхорсту. По Трептов-аллее наперерез ему мчалась на полном ходу колонна тяжелогруженных армейских Студебеккеров. Был ли это спортивный интерес, присущий большинству мотоциклистов, или что другое - этого никто не знает. Во всяком случае, генерал решил проскочить между мчащимися грузовиками.

В результате неудачной коллизии генеральского мышления с непреклонными законами динамики от генерала остались только генеральские штаны с красными лампасами. Шофер грузовика сначала чертыхнулся по адресу дураков, лезущих под колеса, а затем, узнав чьи штаны он так неудачно выутюжил, вынул пистолет и застрелился. Где похоронили солдата неизвестно, но, вероятно, ему покойнее лежать, чем генералу Берзарину.

В эти дни после победы нам на каждом шагу приходится вспоминать о тех, кто завоевал эту победу.

Однажды мы гуляли с майором Дубовым по боковым улицам вблизи Курфюрстендамма в английском секторе Берлина. Был воскресный день, улицы были пусты и безжизненны. Нам хотелось побродить там, где нет интернациональной суеты берлинского Пикадилли, хотелось окунуться на мгновение в подлинную Германию, какой мы представляли ее себе до войны: спокойную, чистую и аккуратную.

Pages: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21